Обретение иконы

Непосредственно о самом чуде обретения иконы мы узнаем из «Сказания об основании Николаевской Берлюковой пустыни и о существовании оной до сего времени», написанного послушником Василием Розановым в 1854 году по благословению настоятеля пустыни архимандрита Венедикта (Протопопова). Послушник Василий Розанов пишет, основываясь на свидетельствах некоторых из братии, пришедших в обитель до 1829 года, таких, как, например, братский духовник иеромонах Феодорит (он пришел в пустынь в 1827 году):

В пятнадцати верстах от обители в казенном селе Кудинове женщина, солдатка Татьяна Ивановна Кузнецова, страдала глазною болезнию более двадцати лет; и уже совершенно лишена была зрения, все средства хитрости человеческой остались тщетны при оказании помощи этой несчастной; но молитвы ея к Богу и вера в Промысл так были сильны и пламенны, что она после столь продолжительной болезни удостоилась испытать на себе явно и непосредственно помощь Божию, и исцелиться от слепоты своей, подобно слепцу Евангельскому, прозревшему от прикосновения перстов Спасителя.Однажды женщина эта после молитвы своей к Богу заснула, и зрит перед собой в сонном видении некоего благолепного Мужа, который спрашивал ее: “Хочешь Однажды женщина эта после молитвы своей к Богу заснула, и зрит пред собою в сонном видении некого благолепного Мужа, который спрашивал ее: «хочет ли быть здоровую и прозреть?». И на ответ её, что «она всегда усердно молит Бога, и что знать за грехи Господь лишил её видения дневного света», неизвестный тот, показав ей икону Христа Спасителя, ту самую, как она по прозрению уверяла, которая исцелила ее, сказал: «отслужи молебен пред сею иконою и Бог исцелит тебя». Женщина обещалась, и видение кончилось.

Проснувшись, слепая рассказала видение домашним, но где найти виденную икону никто не знал, а у явившегося она о сем не спросила. Подумали, подумали, да и положили, что если на это воля Божия, то Он Сам покажет им и икону Свою, а найти оную самим по одному только описанию слепой женщины сочли делом невозможным.

На другую ночь тот же самый явился опять женщине и уже с негодованием спросил:

– Что ж ты не исполняешь своего обещания?

– Я бы с радостью исполнила, – отвечала слепая, – но не знаю, где отыскать таковую икону, а ты мне об этом ничего не сказал.

– Иди в Берлюковскую пустынь, – сказал явившийся, – там найдешь эту икону, отслужи пред ней молебен, и прозреешь.

По утру женщина опять рассказала свое явление и просила, чтобы ее отвезли в Берлюковскую пустынь. По приезду в Пустынь просили монахов отыскать икону по описанию слепой, но сколько ни искали, в церкви таковой иконы не оказалось, а потому и отслужили молебен пред местною иконою Спасителя. Слепая возвратилась домой, таковоючи отчаявшись в своем исцелении.

Чрез несколько времени болящая снова удостоилась видения, в котором открылось ей, что виденная Его (Спасителя – прим. ред.) икона находится в монастырской хлебопекарне, там она может отыскать оную и исполнить свое обещание.

Немедленно слепую опять привозят в монастырь, по словам её монахи тотчас отыскали в хлебне икону Спасителя, запыленную, закопченную, стоящую в углу без всякого призрения, оттерли, обмыли и рассмотрев писание, спросили слепую:

– Эту действительно ты видела Икону?

– Да, эта самая, – отвечала слепая, – я твердо помню, что позади Батюшки Спасителя стояли два солдата, один держал Его ручки, а другой поднял к верху веревки, а спереди Иуда окаянный лез Его целовать.

– Ну так, сказал иеромонах, объятый благоговейным ужасом, – только лики-то очень темные и трудно рассмотреть их: молись же с усердием, я сейчас начну молебен и освящу воду.

По окончании молебна слепой дали святой воды, она немного выпила, потом помазала себе глаза, и что же! В одно мгновение струпы, покрывавшие ее сомкнувшиеся ресницы отпали, веки разошлись, и слепая двадцать лет прозрела. Неожиданна была радость исцелевшей, в святом интузиазме она схватила стоявшую Икону, тысячекратно лобызала лик Спасителя, орошала Его теплейшими слезами и не будучи в состоянии говорить, указывала предстоящим то на свои глаза, то на икону, и снова начинала лобызать и плакать.

Это происшествие, или справедливее сказать, видимое явление премилосердия Бога в иконе Его для оказания помощи страждущему человечеству подобно дыханию бурного ветра разнеслось по окрестностям. На другой день многочисленная толпа народа наводнила монастырь, все просили молебнов чудотворной Иконе Спасителя, что в хлебне, или как говорили простодушные старушки Спасу Милостивому. С раннего утра начинали петь молебны, и оканчивали не ближе ночи; некоторые, потеряв терпение взойти в хлебню дверьми, лезли в окна.

Таковое бесчисленное стечение народа небывалое в монастырь до сего времени повергло в недоумение управлявшего монастырем Казначея Геннадия, он не знал как поступить: оставить Икону в хлебне не было возможности, а вынести в церковь без дозволения начальства он не осмеливался. А потому чрез несколько времени после первого прославления вечером, взяв Икону, он отправился в Москву к Преосвященнейшему Митрополиту Филарету, дабы оказав ему оную донести лично о случившемся, просить благословления о назначении Чудотворной Иконе приличествующего места. Архипастырь разрешил вынести икону в церковь с подобающим торжеством, то есть сделать в хлебню Крестный ход, и поставить икону в доступном для всех молящихся месте.

После своего преставления Татьяна Ивановна Кузнецова была погребена в Николаевской Берлюковской пустыни.

Вернуться