Игумен Серафим (Стрельников)

Игумен Серафим (Стрельников)

Игумен Серафим (в миру Сергей Иванович Стрельников) родился 23 сентября 1873 года в пригородной Кузнецкой слободе города Лебедянь Тамбовской губернии в семье потомственного кузнеца.

город Лебедянь, 1910 год

город Лебедянь, 1910 год

Древний город Лебедянь имел очень удобное месторасположение:

над водами Дона поднимается скальная сорокаметровая круча его правобережья, которая была почти отвесна и надежно прикрывала восточные подступы… А в полуденную сторону был такой же скальный провал к левому берегу полноводной тогда реки Городянки. Две скальные кручи, мысом вдававшиеся в обильные воды, сливающихся рек и прозванные впоследствии Тяпкиной горой, имели наверху обширную равнину, заросшую вековым лесным массивом.

О происхождении названия города говорит переписная книга за 1709 год:

Город Лебедянь построен в 163 году (1655 год) по грамоте из Москвы, из Новогородского приказу, Лебедянского уезду обыватели уездными людьми на сухом и гористом месте, при реке, которая течет подле того города с восточной стороны к степи, а именуется Дон, а аза Доном леса…А с одной стороны того города на полдень степь, на восток степь же и леса, а на другой стороне к северу леса и к западу леса, и да озеро Великое Лебединое.

город Лебедянь, 1912 год

город Лебедянь, 1912 год

Возникновение самого города краевед Н.В.Волынчиков относит к 1613 году, вернее его первое упоминание в летописях. В труде «Город Лебедянь и его уезд», написанный П.Н.Черменским написано: «Первое упоминание о городе находим в Дворцовых Рязрядах …под 1613 годом».

В XVIII веке город Лебедянь уже мощный торговый город. На ярмарки приезжают купцы из Курска, Калуги, Воронежа и Москвы, в городе четыре базара. Строительство ведется уже и на левом берегу Дона и за рекой Городянкой:

За Кузнецкой слободой, которая стала уже улицей, появилась пригородная слобода Кузнецкая. Сперва, в начале XVIII века, там было 15 дворов работных людей и пять принадлежали драгунским вдовам. Все хозяйства сеяли в поле рожь, имели на усадьбе сад с двумя прудиками: ближний – для дворовой живности, а дальний, почище – для собственных нужд. В слободе впоследствии стало много кузниц, давших ей прозвище.

Упоминание о семье Стрельниковых находим мы в: «Подворной описи служилых людей Лебедянского уезда». На конец XVII века указаны дворы боярские, дворян, а также стрельцов, пушкарей, полковых казаков, кузнецов. Среди кузнецов указаны дворы Стрельниковых и Волынщиковых (с 1860 года – Волынчиковых).

В 1779 году Лебедянь стала уездным городам. В городе было:

3141 однодворец, 636 мещан, 423 разночинца, 109 лиц духовного сословия, 79 дворян и офицеров, 53 дворовых, а всего – 5097 человек. Имелось два каменных казенных строения. Семь церквей с часовней, монастырь, 8 питейных домов, 52 торговые лавки, 20 кузниц и 1046 домов.

В 1787 году Лебедянь, относившаяся к Тамбовскому наместничеству (с 1796 года – губернии), получила утвержденный план застройки. Герб Лебедяни был утвержден 16 августа 1781 года: в верхней части герб Тамбовский – улей с вылетающими пчелами, в нижней части птица лебедь в голубом поле, означающая имя города.

Ново Казанский собор города Лебедянь

Ново Казанский собор города Лебедянь, современный вид

В XIX веке город Лебедянь состоял из трех массивов с многочисленными храмами и монастырями. От города во все стороны отходили окраинные слободы. Западнее города, за оврагом находилась Кузнецкая слобода с 200 дворами. Сергей родился в 1873 году в большой и крепкой семье Стрельниковых, и был крещен в Ново – Казанском соборном храме, прихожанами которого была вся Кузнецкая слобода. Величественный Казанский храм был выстроен на пожертвования потомственного почетного гражданина города Ивана Ивановича Игумнова (1776 – 1855). Строительство храма началось в 1828 году и завершилось летом 1836 года. Храм был освящен епископом Тамбовским Арсением. Краевед Н.В.Волынчиков пишет так о храме: «Величие исходило от Божьего храма, благолепие. И на восходе, и в вечерние сумерки лился Христов благовест».

Воспоминания Николая Васильевича Волынчикова (родился 21 декабря 1917 года) о Кузнецкой слободе города Лебедяни донесли до нас облик Сергея Стрельникова. Отец Николая Волынчикова – Василий, был самым близким другом детства Сергея Стрельникова. Таким был будущий воин Христов в детстве:

Он был обычным мальчишкой пригородной Кузнецкой слободы того времени: крепким, выносливым, терпеливым. Но и тогда, как говорили старшие, его отличала доброта души, защита слабого, стремление к одухотворенному, искренняя вера в Силы Небесные.

Часть Кузнецкой слободы Лебедяни, современный вид

Место рождения будущего игумена Серафима, современный вид

Сергей с самого раннего детства любил храмы Божии, писал с отроческих лет духовный дневник. В этом дневнике он отмечал свои мысли, подробно записывал истории храмов и монастырей, рассказы странников и богомольцев, предания Лебедянской старины. Многочисленные рассказы о духовных подвигах и выдающихся чертах непостижимого образа жизни подвижников благочестия, перерождали душу юного Сергея.

Особое и благоговейное отношение имел Сергей к Троекуровскому во имя святого Димитрия Солунского монастырю. Монастырь это был основан на месте подвигов Илариона Троекуровского, который в 1824 году пришел в село Троекурово Лебедянского уезда и поселился здесь. Здесь Иларион ведет строгую затворническую жизнь: ежедневное молитвенное правило, посещение церковных служб, чтение духовных книг. К Илариону отовсюду стекался народ, чтобы получить благословение и услышать благодатное слово утешения. Наружность старца поражала своим благообразием. Среднего роста, с впалой грудью, изможденный от постоянного поста, он имел тонкие черты лица, нос с небольшой горбинкой и темно-голубые глаза, излучающие любовь. Лицо его было худое, прозрачное и необыкновенно белое. На губах часто была видна светлая улыбка. Очевидцы говорили, что подвижник походил на Ангела Божия. Будучи уже старцем, он казался юным – его озаряла редкая красота души. После непродолжительной болезни он скончался на девяностом году жизни, 5 ноября 1853 года, а 10 ноября тело его с подобающей честью опустили в назначенную им самим могилу. На погребение его стеклось множество народа. День кончины старца Илариона очень почитался окрестными жителями. К месту его погребения собиралось большое число людей не только из Тамбовской, но и из соседних губерний. В 1871 году на месте погребения старца Илариона Троекуровского была основана женская обитель. Юный Сергей Стрельников и его друг Василий Волынчиков были постоянными паломниками этого духовного центра.

Василий Михайлович Волынчиков, ближайший друг о. Серафима

Василий Михайлович Волынчиков, ближайший друг о. Серафима

Любимым занятием Сергея было рисование, и рисовал он храмы Божии, русскую природу. Отец Сергея решил отдать его учиться в школу, которая располагалась рядом с главным духовным центром города Лебедяни – Свято – Троицким монастырем. Построенные в XVII веке мощные кирпичные стены и каменные Троицкий и Успенский соборы, были выдающимися архитектурными творениями. Главная святыня обители – чудотворная икона «Живоначальная Святая Троица в явлении трех ангелов Патриарху Аврааму», – была духовным притяжением всего города и его окрестностей. Школа при монастыре была учреждена в 1765 году по ходатайству святителя Тихона Задонского, позднее она была преобразована в духовное училище и располагалась на перекрестке Тульской улицы и Набережной улицы, тянувшейся вдоль берега Дона. Вот в этой школе и стал учиться юный Сергей. Во время учебы в школе Сергей постоянно ходил на службу в Троицкий монастырь, слушал проповеди, продолжал ходить в Троекуровский монастырь, на его святой источник.

Любил он посещать и место духовных подвигов еще одного подвижника – Иоанна Сезеновского. Иоанн с самого рождения являл собой нечто дивное и необычайное: грустное выражение его лица поражало всех, кто видел его. Когда он подрос, то отличался особым незлобием и кротостью, не принимал участия в детских играх, и больше всего любил одиночество. Будущий подвижник часто совершал паломничества, особенно – в Киево-Печерскую Лавру, где он даже прожил два года послушником. Еще юношей Иоанн начал проявлять черты Христа ради юродства – мнимого безумия, с помощью которого скрывал от окружающих свои подвиги. Встреча Иоанна с известным подвижником Иларионом Троекуровским явилась для него решающей. Иларион благословил его на затворническую жизнь в селе Сезеново Тамбовской губернии. Здесь начинаются затворнические труды Иоанна. Пред иконами теплится лампада, едва освещая убогую келью, слышится Херувимская песнь, особенно любимая подвижником… Когда к подвижнику приходили люди, привлеченные светом его веры и добродетелей, он на время оставлял свой затвор, помогал им, наставляя, исцелял, окропляя святой водой и помазывая елеем из лампадки. Скончался Иоанн Сезеновский 14 декабря 1839 года. Для того чтобы похоронить его в церкви, потребовалось разрешение Тамбовского архиерея, и до 12 января 1840 года гроб стоял в жарко натопленной келье, и не только не было видно следов тления, но тело имело вид только что уснувшего. Несмотря на духоту, все присутствовавшие явственно ощущали благоухание, исходящее от останков святого. Во время отпевания на челе почившего выступили обильные капли маслянистой благоуханной жидкости, от которой больные, помазав пораженные части тела, получали исцеление. В день погребения праведника многие больные и бесноватые получили полное освобождение от своего недуга. С тех пор гроб приснопамятного затворника Иоанна стал усердно посещаться благочестивыми паломниками, которые узнавали о его святой жизни и знамениях благодати Божией, являемых по молитвам Иоанна.

Семья Волынчиковых, 1917год (фото предоставлено Н.В. Волынчиковым)

Семья Волынчиковых, 1917год (фото предоставлено Н.В. Волынчиковым)

В начале XX века число схимниц (высшая ступень монашества) и инокинь Сезеновского Иоанно-Казанского женского монастыря доходило до 600 человек. Славились на всю округу мастерские монастыря. Они писали не только иконы, но и портреты священнослужителей, благочестивых мирян, а также натюрморты, пейзажи. Сестры расписывали храмы и золотили купола. Существовала здесь мастерская, где изготавливали очень изящной работы ковры. Среди монахинь были искусные портнихи и золотошвеи. Вот какие духовные центры уезда Лебедянского посещал юный Сергей, в них черпал для себя утешение, искал ответы на многие вопросы, впитывая в себя спасительную веру Христову. Рассказывая однажды своему другу Василию о своем паломничестве в Сезеновский монастырь, Сергей поведал ему и о видении, что было ему явлено: Крест в небе и какое-то чудовище с черным клювом, желающее проглотить сей крест, и скорбный лик Матери Божией в небе, которая позвала Сергея следовать за Собой…

В июне 1897 года 25-летний Сергей Стрельников пришел в обитель всероссийского значения – Свято-Троицкую Сергиеву Лавру, и подал прошение о принятии его в братство. До 1899 года Сергей Стрельников проживал в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре на испытании. 31 марта 1899 года Сергей Стрельников написал прошение: «В Духовный Собор Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Проживающего в оной Лавре крестьянина Тамбовской губернии, Лебедянского уезда, Пригородной волости, Кузнецкой слободы, Сергия Ивановича Стрельникова». В этом прошении Сергей озвучил свое стремление принять ангельский образ:

Проживая в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре с июня месяца 1897 года, и, желая навсегда посвятить себя монашеской жизни, Прошу Духовный Собор об определении меня в число указанного братства Лавры, для чего представляю увольнительное свидетельство Тамбовской Казённой Палаты, от 4 марта сего года за № 1073.

12 мая 1899 года благочинный Свято-Троицкой Сергиевой Лавры иеромонах Серафим подал прошение в Духовный Собор Лавры: «проживающих в Лавре и о желании их определиться в число послушников Лавры», где в числе пятерых человек указан вторым крестьянин Сергей Иванович Стрельников. Благочинный отец Серафим написал в своем прошении: «что означенные лица поведения хорошего и к монашеской жизни способны». Духовный Собор Свято-Троицкой Сергиевой Лавры 19 мая 1899 года подал прошение на имя Высокопреосвященнейшего Владимира, митрополита Московского и Коломенского, в котором испрашивал резолюции об определении поименных лиц в число указанных послушников. Среди этих лиц в списке из 10 человек, присутствовал: «крестьянин Тамбовской губернии, Лебедянского уезда, Пригородной волости, Кузнецкой слободы, Сергий Иванович Стрельников, 25 лет, холост». В прошении Духовного Собора Лавры имеется запись:

Означенные лица по засвидетельствованию благочинного Лавры и начальствующих помянутых обитателей, поведения хорошего и к монастырской жизни способны.

Так с 1887 года по 1899 год Сергей Иванович Стрельников проживал в обители преподобного Сергия Чудотворца на испытании, а с 1899 года стал послушником, будучи принят в братство Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. В эти годы состоялось знакомство Сергея Стрельникова с духовником Свято-Троицкой Лавры иеромонахом Тимолаем (Ериным). Отец духовник Тимолай был старцем, прошедшим длительный монашеский путь: «Тимофей Ерин, из крестьян, 5 марта 1878 года пострижен в монашество в Задонском Тихоновом монастыре, 20 августа 1878 года рукоположен в иеродиакона, 15 августа 1880 года рукоположен в иеромонашеский сан. Перемещен в Почаевскую Успенскую Лавру 5 мая 1883 года, назначен казначеем и членов Духовного Собора Лавры 12 ноября 1885 года. Награжден набедренником 30 августа 1886 года, с 27 марта 1889 года назначен счетчиком Лаврских ведомств. По прошению перемещен в Сергиеву Лавру 27 июля 1890 года, назначен духовником Московской Духовной Академии 17 февраля 1896 года, награжден наперсным крестом 6 мая 1900 года, в Лавре состоит духовником у приходящих богомольцев». Близкие дружеские отношения с отцом Тимолаем (Ериным) способствовали некоторым изменениям в жизни послушника Сергея Стрельникова.

29 января 1902 года в подмосковной Николаевской Берлюковской пустыни отошел ко Господу настоятель оной игумен Адриан (Разживин). Николаевская Берлюковская пустынь, возникшая по преданию в 1606 году, к XIX веку представляла собой большой монастырский комплекс, состоящий: из пяти храмов, колокольни, множества корпусов, скитского пещерного отделения, гостиницы для богомольцев. Главной святыней монастыря был чудотворный образ, обретенный в 1829 году «Лобзание Иисуса Христа Иудою». Иеромонах Нил (Сафонов) в историческом очерке о Николаевской Берлюковской пустыни пишет так:

Там, где ныне, в 40 верстах от Москвы и в 18 от уездного города Богородска, на возвышенном и живописном берегу реки Вори, впадающей в Клязьму, красуется благоустроенная и цветущая Берлюковская пустынь…Существует местное предание…некий старец, схиеромонах Варлаам, около 1606 года, пришел в дремучие леса, облегавшие берега Вори, и там поселился.

В 1896 году обитель посетил известный церковный писатель и ученый Леонид Иванович Денисов, который оставил свои воспоминания об этом посещении:

Мирная и тихая обстановка жизни в пустыни, стройное истовое пение иноков, благоговейная неспешность и продолжительность службы, прелесть окружающих пустынь лесов, светлое обаяние царствующих в ней мира и покоя, надолго останутся в памяти каждого, посетившего ее хоть раз в жизни. Сюда не проникает тревога столичной жизни с ее лихорадочными и повседневными заботами. Окружающая пустынь безмолвно – прекрасная природа как бы невольно напоминает о Боге и приближает к Нему ее насельников.

Погребение отца настоятеля игумена Адриана (Разживина) было совершено благочинным монастырей Московской епархии архимандритом Валентином при многочисленном стечении народа и почитателей 1 февраля 1902 года. Быть настоятелем Николаевской Берлюковской пустыни указом Московской Духовной Консистории, было определено стать Свято – Троицкой Сергиевой Лавры духовнику иеромонаху Тимолаю (Ерину). Духовный Собор Лавры 24 мая 1902 года докладывал в Московскую Духовную Консисторию, что: «иеромонах Лавры Тимолай указом Священного Синода от 24 мая сего года (1902) за № 3835 назначается на должность Настоятеля в Николаевскую Берлюкову пустынь, с возведением его в сан Игумена». Ответ из Московской Духовной Консистории гласил:

Московская Консистория честь имеет уведомить Духовный Собор Лавры, что указом Святейшего Синода от 24 мая 1902 года за № 3835, иеромонах означенной Лавры Тимолай назначается на должность настоятеля в Николаевскую Берлюкову пустынь, с возведением его в сан игумена, о чём и объявить иеромонаху Тимолаю.

Сергей Иванович Стрельников решил последовать за своим духовным руководителем и подал прошение о переводе его в Николаевскую Берлюковскую пустынь.

В Берлюковской обители послушник Сергей Стрельников начал свое служение 26 июня 1902 года, на основании указа из Московской Духовной Консистории: «Консистория дает Вам знать, что послушник Свято-Троицкой Сергиевой Лавры Сергей Стрельников, согласно его прошения, резолюциею Его Высокопреоавященства от 26 июня сего года № 2735, перемещен в число братства вверенной Вам пустыни», направленного уже вступившему в управление монастырем игумену Тимолаю (Ерину). Вместе с данным указом в монастырь был направлен послужной список послушника Стрельникова, где сказано:

Сергей Стрельников, 28 лет, грамотен, из крестьян, холост, очень хорош и способен.

Первое послушание, возложенное на Сергея, было исполнять должность гостинника. Это было очень ответственное послушание, так как требовало от его исполнителя терпения, любви к людям и желание услужить всем, кто с верой и надеждой пришел в монастырь. В послужном списке Берлюковской братии за 1902 год рукой настоятеля игумена Тимолая (Ерина) против имени послушника Стрельникова написано: «хорош, способен и усерден в послушаниях». С 1902 года по 1904 год послушник Сергей Стрельников несет послушание при Берлюковской гостинице. В 1903 году в списке братии отмечено: «Сергей Стрельников, 30 лет, на гостинице, хорош». В этом году послушник Сергей отметил свое 30-летие. В конце 1903 года настоятель отец Тимолай (Ерин) пишет прошение в Московскую Духовную Консисторию о дозволении постричь в монашество послушника Стрельникова. В самом начале 1904 года в обитель приходит указ:

Определением Консистории, утвержденного Его Высокопреосвященством 15 января 1904 года за № 221 положено: так как к пострижению в монашество послушника Николаевской Берлюковской пустыни Сергея Стрельникова по справкам МДК препятствий не усматривается, то на основании указа Святейшего Синода от 14 октября 1865 года и ст. 77 Устава Духовной Консистории сего послушника в монашество постричь дозволить, о чем Вам игумену Тимолаю и посылается указ.

Список Берлюковской братии за 1904 год имеет запись о дате пострижения в монашество, бывшего послушника Сергея Стрельникова:

монах Серафим, 31 год, гостинник, очень хорош. 22 февраля 1904 года в монашество в Берлюковской пустыни.

Указ о пострижении в монашество о. Серафима

Указ о пострижении в монашество о. Серафима

На основании указа Его Императорского Величества из Московской Духовной Консистории за № 510 от 21 января 1904 года, на имя настоятеля Берлюковской пустыни игумена Тимолая, было разрешено постричь в монашество послушника Сергея Стрельникова.

22 февраля 1904 года, послушник Сергей Иванович Стрельников был пострижен в монашество с наречением имени Серафим, что означает «пламенный». Свое имя он получил в честь прославленного постановлением Святейшего Правительствующего Синода от 29 января 1903 года уже давно почитаемого народом старца Серафима Саровского Чудотворца. После пострижения в монашество отец Серафим продолжал свое послушание на гостинице.

16 апреля 1905 года рукоположен в иеродиакона, проходил служение на подворье Берлюковской пустыни в Москве у Большого Каменного моста. 9 мая 1907 года был рукоположен в иеромонаха. С этого времени начинается путь служения отца Серафима во имя людей, путь пламенный во имя добра и любви. Часто можно видеть его имя в многочисленных документах той эпохи по хозяйственной деятельности, монастырских крестных ходах с чудотворной иконой «Лобзание Иисуса Христа Иудой» по городам и селам Московской губернии.

Перед началом Первой Мировой войны иеромонах Серафим получил крайне ответственное послушание управляющего всеми часовнями Николаевской Берлюковской пустыни. Это было крайне крупное и обширное хозяйство и чтобы справиться со этим послушанием, требовались огромные хозяйственные и административные способности.

В списке братии за 1914 год:

иеромонах Серафим, 41 год, послушание заведующий часовнями.

Благодарность от Российского общества Красного Креста, 1914 год

Благодарность от Российского общества Красного Креста, 1914 год

В 1914 году началась Первая Мировая война, войскам потребовалось много священнослужителей. Были они нужны в лазаретах, госпиталях и на передовой, где страдание и смерть становились повседневными явлениями. В условии тяжелейших военных лет, лишь вера помогала людям преодолеть страх смерти. Настоятель Берлюковской пустыни игумен Петр (Орлов) дал свое благословение братии отправиться на фронт. Участие монастыря в эти военные годы было огромным. С неимоверной быстротой возрастала волна людского горя, страна напрягала все свои силы в борьбе с очень сильным врагом. Первая Мировая война принесла много тяжелейших проблем. Беженцы, хлебнувшие много горя, потерявшие свои дома и сбережения, дети, оставшиеся без родителей, раненые и изувеченные воины, люди, прошедшие все ужасы войны. Все свое накопленное за века богатство материальное и духовное было отдано Родине в ее трудную минуту. Денежные пожертвования Берлюковской пустыни на нужды различных обществ и организаций исчислялись тысячами рублей. Толстые тетради исходящих документов пустыни, хранящиеся ныне в Центральном историческом архиве города Москвы, хранят эти бесценные записи благотворительности. Помощь от Берлюковской обители поступала во Всероссийский Красный Крест, Марфо-Мариинскую обитель в Москве, Всероссийский земский союз, Щелковскую группу Богородского уездного Военно-Промышленного комитета, московское святителя Алексия братство призрения и воспитания бесприютных и нравственно покинутых детей, московское братство во имя Воскресения Христова. На протяжении всей войны пустынь оказывала непосредственную помощь фронту, принимая участие в строительстве аэроплана, оплачивала партии противогазов от удушливых газов, зерна, овса, поставляла на станцию Щелково каждодневно молоко для раненых воинов и рабочих. Огромными партиями оплачивались медикаменты, закупаемые у К.И.Феррейна для нужд армии.

Раздача Пасхальных подарков 219 Котельническому пехотному полку, 1916 год

Раздача Пасхальных подарков 219 Котельническому пехотному полку, 1916 год

С началом Первой Мировой войны самым первым из Николаевской Берлюковской пустыни отправился на фронт иеромонах Серафим. Отец Серафим был направлен в 219 Котельнический пехотный полк, входивший в 55 пехотную дивизию. Полк в составе дивизии воевал на Западном фронте. При обороне Варшавы от немецкой армии генерала Макензена 55 дивизия и полк подвергся самой первой на войне газобаллонной атаке. Уже 24 августа в «списке по старшинству…219 пехотного Котельнического полка», показан «священник иеромонах о. Серафим, полковой священник». С самого начала своего боевого пути иеромонах Серафим начал писать письма в монастырь настоятелю игумену Петру (Орлову). Этот крайне важный в историческом, биографическом и духовном плане материал сохранился до наших дней в фондах Центрального исторического архива города Москвы. Иеромонах Серафим прошел с 219 Котельническим пехотным полком всю войну, ходил в бой вместе с солдатами, исповедовал и причащал их, погребал убиенных, ходил по землянкам и окопам, укрепляя свою паству, замерзал в снегах и форсировал топкие болота. Отца Серафима называли солдаты «боевой батюшка». Исполнение своего священнического долга, бесстрашие, любовь к солдатам, постоянная жертвенность собой отца Серафима находили заслуженное поощрение. Уже 28 января 1915 года приказом командующего I Армии генерала-от-кавалерии Литвинова было отмечено:

По Высочайше представленной мне власти награждаются орденами за отличия в делах против германцев: Св. Анны 3 степени с мечами полковые священники…219 Котельнического – иеромонах Серафим…

Следующий 1916 год также принес награду:

Приказ по войскам IV Армии за № 1901. По Высочайше представленной мне власти, награждаю: За исполнение духовных треб под огнем неприятеля орденом Св. Анны 2 степени с мечами священников…219 пехотного Котельнического полка иеромонаха Серафима. Подписал командующий армией генерал-от-инфантерии Рагоза.

Приказ о награждении иеромонаха Серафима, 1916 год

Приказ о награждении иеромонаха Серафима, 1916 год

Имел 219 Котельнический пехотный полк и своих героев, несомненно, наставлял которых, исповедовал и причащал полковой священник отец Серафим (Стрельников). В ночь с 12 на 13 марта 1916 года в штыковой атаке геройски погиб прапорщик Андрей Иванович Четвериков, сын священника из города Геничевск. Когда был получен приказ атаковать германские окопы, Андрей Иванович произнес воодушевленную и горячую речь перед воинами, напомнив им о долге и чести. Выхватив шашку из ножен, и под сильным огнем противника он прорвал проволочные заграждения, и, несмотря на полученное ранение, движимый чувством долга и преданности Родине, занял со своей ротой окопы противника, где и пал смертью храбрых в штыковом бою. За мужество и доблесть Андрей Иванович был произведен в подпоручики и награжден орденом святого Георгия посмертно. В 1916 году новая награда ожидала пламенного воина Христова о. Серафима:

Приказ главнокомандующего армиями Северного фронта от 6 августа 1916 года за № 627. По Высочайше представленной мне власти, награждаются мною орденами: За отличия в делах против неприятеля святого равноапостольного князя Владимира 4 степени с мечами полковые священники пехотных полков:…219 Котельнического – иеромонах Серафим. Подписал главнокомандующий армиями генерал-адъютант Рузский.

После третьей награды иеромонах Серафим пишет в письме настоятелю отцу игумену Петру (Орлову):

Я не щадя своей жизни долг исполняю. За это и наградили. И я Господа благодарю и очень рад, что такой орден получил. О чем и вы, дорогой Батюшка, порадуйтесь, что Ваша Святая обитель за Царя и Родину героя имеют! И варвара немца я не страшусь – Бог с нами! 19 февраля я ходил по передовым позициям, служил молебны, кропил Святой водой и Кресту прикладывал солдатиков. Они очень рады были. Фронт наш три версты по линии. Когда ходил – троих в 3 роте ранило шрапнелью при мне. А рот всего надо обойти шестнадцать. Смотрел в бойницах как немцы ходят по окопам. От наших окопов отделяет 80 шагов. Четвертую неделю я приобщаю солдатиков по одной или две роты в день. И потом меня просил начальник дивизии причастить 1000 человек, своих солдатиков около 4000 человек, нас недавно молодыми пополнили. Дел очень много утомился. Иеромонах Серафим.

Подпрапорщик 219-го Котельнического пехотного полка полный Георгиевский кавалер И. М.Загайнов

Подпрапорщик 219-го Котельнического пехотного полка полный Георгиевский кавалер И. М.Загайнов

Это письмо наглядно показывает труды отца Серафима, его веру в Промысл Божий и его внутренний духовный мир, радостью для которого является труды во имя Бога, Царя и Родины.

В 1918 году иеромонах Серафим возвращается с войны в родную Николаевскую Берлюковскую пустынь. Новое советское атеистическое правительство не имело более нужды в священнослужителях. Из армии были немедленно удалены все полковые священники. На Церковь Христову надвигались тяжелые гонения.

Игумен Петр благословил отца иеромонаха Серафима на новое трудное послушание – настоятелем часовни святителя Николая Чудотворца на Берлюковском подворье в Москве. Это служение было крайне ответственным, в Москве на подворье требовались священнослужители, которые могли бы грамотно и доступно проповедовать людям. Вместе с отцом Серафимом для служения в Москву были направлены иеромонах Нифонт (Квардаков), также прошедший всю Первую Мировую войну и заслуживший своим трудом орден святой Анны 3 степени с мечами, и иеромонах Палладий (Величкин), монастырский живописец.

26 марта 1921 года на подворье было проведено зъятие церковных ценностей: были изъяты все серебреные оклады со святых икон, серебреные Евангелия, кресты и ковчеги. В описании особо ценных предметов, которые по распоряжению Юридического отдела Московского Совдепа, подлежали изъятию, указаны две святых иконы – «икона Божией Матери Иерусалимская», конца XVII века и «икона святителя Николая Чудотворца», начала XVII века. После того, как на подворье прошло изъятие, богослужебная жизнь не прекратилась, в часовне продолжалось чтение акафистов, проводились молебны. Во время служения своего на Берлюковском подворье в период с 1918 года по 1921 год иеромонах Серафим рукоположен во игумена. Подпись отца Серафима под актами изъятия уже игуменская. Окончательная ликвидация Берлюковского подворья у Большого Каменного моста произошла 5 января 1923 года, когда оно было закрыто, все имуществу подворья было по актам передано в Московский храм Христа Спасителя за подписями игумена Серафима (Стрельникова).

Далее игумен Серафим служил на приходе Московской области в селе Якшино Коломенского района в храме во имя Василия Великого. Последнее место служения – настоятель храма святителя Николая Чудотворца в селе Городец Коломенского района Московской области.

В этот период жизни духовным наставником отца Серафима, предположительно, являлся епископ Коломенский и Бронницкий Феодосий (Ганицкий).

После ареста игумена Серафима в 1930 году, среди его бумаг и писем было обнаружено письмо без адресата. В этом письме отец Серафим обращается: «Ваше Преосвященство, припадаю к Вашим стопам и прошу святых молитв и благословения… Пока живу в Городце, потерплю Вашими молитвами. Прошу Вас, не забудьте меня, послушника грешного Серафима. Простите меня Бога ради».

Священноисповедник Феодосий родился в Киевской губернии в 1860 году. В 1899 году был пострижен в монашество, проходил служение в разных обителях. С 1903 года в Москве в Покровском, Чудовом монастырях, а с 1909 года наместник Златоустовского монастыря.

В 1904 году во время войны с Японией, игумен Феодосий по благословению митрополита Московского и Коломенского Владимира, служил настоятелем походной церкви общины святой Евгении. Во многих сражениях он проявлял храбрость и мужество. Владыка был награжден орденом Святой Анны с мечами второй и третьей степени, орденом Святого равноапостольного князя Владимира, медалью «За отличие в делах против Японцев», наперсным крестом на Георгиевской ленте.

С началом Первой Мировой войны архимандрит Феодосий был назначен председателем Военного Благотворительного монастырского комитета Московской епархии и членом Московского епархиального комитета попечения о больных и раненых воинах. В эти годы возможно и состоялось знакомство отца Серафима с Владыкой.

В письме он благодарит Владыку за поддержку и ответы. Ревностный молитвенник, Владыка полагал много усилий, чтобы восстановить монашескую жизнь в Коломне. Епископ Феодосий был очень благожелательно настроен к монашествующим. Годы служения на Коломенской кафедре (18 мая 1920г. – 25 сентября 1929г.) прошли в постоянных трудах на благо Церкви. Владыка неутомимо восстанавливал обители, собирал под свое покровительство монахов со всей страны и ставил их на приходы, назначал настоятелями монастырей города Коломны. Владыка весь был проникнут сознанием высоты своего архипастырского служения. Он был великим поборником Православной веры.

25 сентября 1929 года епископ Феодосий был уволен на покой, а 25 ноября был арестован и заключен в Коломенскую тюрьму. 3 февраля 1930 года Коллегия ОГПУ приговорила Владыку к пяти годам ссылки в Северный край. Скончался Владыка Феодосий 3 мая 1937 года и был погребен в селе Сушково Луховицкого района за алтарем Казанского храма.

Попущением Божьим было воздвигнуто гонение на Церковь Христову. Воинствующий атеизм прилагал максимум усилий, чтобы стереть саму память о вере. Глобальное уничтожение религии в 1920-е и 1930-е годы стало одной из важнейших целей ГПУ – НКВД и достигалось массовыми посадками верующих людей. Интенсивно арестовывались и сажались монахи, монашенки. Арестовывали и судили церковные активы, а вместе с ними все, кто имел любые симпатии к Церкви.

Патриарх Тихон призвал всех верных чад Русской Православной Церкви пострадать за Христа.

Так в древнем селе Городец в церкви Святителя Николая Чудотворца, игумен Серафим был арестован 28 октября 1930 года по обвинению в антисоветской агитации по ст.58 п.10 УК РФ. Арестован он был вместе с жителем села Маркиным И.В. и председателем приходского церковного совета Страховым Н.Ф. и заключен в Коломенскую тюрьму (Коломдомзак). Произведенное лживое следствие установило:

Страхов – церковник – кулак, Стрельников – священник – среди верующих проводят злостную агитацию против колхоза, самообложения и займов с предсказанием свержения советской власти. В результате Маркин, кузнец – кустарь и другие сознательно травили колхозные стога, а когда к ним применялись административные меры, наносили ряд угроз с призывом учинения самосуда над колхозниками. Священник Стрельников всю свою антисоветскую деятельность проводил через Страхова и говорил, что колхозы, кроме разорения, ничего крестьянам не дадут и вступать в таковые никто не будет…Кроме того, внушал крестьянам, что советская власть налогами всех задушила, придумала еще самообложение, чтобы вытянуть с мужика побольше средств.

22 ноября 1930 года Коломенское городское отделение ОГПУ вынесло постановление о том, «что Страхов церковник-кулак, Стрельников священник и Маркин кустарь-кузнец сознательно и злостно проводили а/с агитацию против мероприятий Соввласти на селе с использованием религиозных предрассудков, предсказывали свержение Соввласти и делали попытки к учинению террора над колхозниками, т.е. преступление ст.58 п.10 УК». Постановили передать дело в Особое Совещание при Коллегии ОГПУ.

Поклонный крест на месте Никольского храма

Поклонный крест на месте Никольского храма

О явной лживости этих обвинений говорит один строго засекреченный документ, находящийся в следственном деле от 29 декабря 1930 года.

«Мы требовали установить церковную ориентацию попа Стрельникова и связанный с ним антисоветский элемент, то есть также данные, отсутствие которых почти совершенно обесценивает дело. При чем, если принять во внимание, что у вас была тенденция пришить к этому делу 73-летнего старика Страхова и середняка Маркина, имеющего семерых детей, то наши указания, казалось бы, должны были помочь вам исправить допущенные ошибки. Вместо этого вы ограничились только освобождением из-под стражи Страхова и Маркина и отпиской, что добыть какие-либо материалы не представляется возможным. По нашему мнению, установить церковную ориентацию попа для вас дело вполне возможное, а ваше утверждение, что поп Стрельников за 7 месяцев служения ни с кем связей не имел, совершенно не обосновано. Исходя из этого, просим в возможно короткий срок (4-5 дней), полностью исполнить наш номер 45377».

В комментариях этот документ не нуждается.

1 декабря 1930 года прокурор Коломенского района Московской области написал, что с обвинением по делу гр. Стрельникова Сергея (Серафима) Ивановича, Маркина Ивана Васильевича и Страхова Николая Федоровича по статье 58 пункт 10 – СОГЛАСЕН.

12 января 1931 года Стрельников Сергей Иванович (игумен Серафим) – заключить в концлагерь сроком на 3 года, считая срок с 29.Х.30г. (Выписка из протокола заседания Тройки при ПП ОГПУ МО).

Самое важное и главное из всего этого лживого сфабрикованного дела – это масса биографического материала об игумене Серафиме, его жизни, подвиге во имя веры, его страданиях за Христа, а также о пострадавших с ним мирянах. На таких людях, как игумен Серафим и держалось Православие, от них исходил тот Свет, который, не рассеявшись в столетиях, дошел до последних предреволюционных поколений, ярко освещая в больном атеистической болезнью сознании величественный образ совершенной человеческой жизни.

А. Панин на месте последнего служения о. Серафима

А. Панин на месте последнего служения о. Серафима

Каменный храм во имя святителя Николая Чудотворца в селе Городец, в котором перед арестом служил отец Серафим, был построен в 1833 году коломенским купцом Автономом Михайловичем Коротаевым. В храме было три престола: во имя святителя Николая, архиепископа Мир Ликийского Чудотворца, второй – во имя преподобной Марии Египетской, и третий – во имя Тихвинской иконы Божией Матери. Церковь стояла на высоком холме. Храм и прилегающее к нему кладбище были огорожены красивой кованой оградой на каменном основании, выполненной местными кузнецами. С холма, на котором стояла церковь, открывался прекрасный вид на реку Оку и противоположный берег, где было расположено большое село Дединово.

После ареста игумена Серафима служба в храме прекратилась, но прихожане еще несколько лет приходили в церковь помолиться. В 1948 году храм был разобран до основания. Белые фундаментные блоки и кирпичи употребили для строительства нового здания колхозного коровника и моста. На месте былого благолепия осталась лишь огромная гора строительного мусора, поросшего травой.

Но Бог поругаем не бывает, как и не живет народ без праведников. Усилиями местного жителя Анатолия Сычук и его супруги на месте алтаря уничтоженного храма был установлен деревянный крест. У поклонного креста им постоянно читается акафист святому преподобному Серафиму Саровскому Чудотворцу.

На протяжении последних лет активно собирается материал о жизни и трудах на благо Родины и Русской Православной Церкви игумена Серафима, а силами прихожан Николо-Берлюковского монастыря совершаются краеведческие экспедиции по местам служения о. Серафима.

Александр Панин.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *