Герб рода Шереметевых

Шереметевы и Берлюковская пустынь

Шереметевы — один из виднейших боярских родов Российского Царства, к которому принадлежал выдающийся фельдмаршал Б.П.Шереметев, первым в России пожалованный (в 1706 году) титулом графа.

Подобно Романовым, они ведут свое происхождение от Андрея Кобылы. Пятым коленом (праправнуком) Андрея Кобылы был Андрей Константинович Беззубцев по прозвищу Шеремет (конец XV века).

От Андрея Шеремета и пошли Шереметевы. Его прозвище, по Н.А.Баскакову, на тюркских языках означает «бедняга»; оксфордский филолог Б.О.Унбегаун трактует его как «лев Ахмат» (от перс. sir — «лев», ср. Шахматов). С некоторых тюркских языков, «керемет» переводится, как отличный или превосходный.

В XVI-XVII веках из рода Шереметевых вышло много бояр, воевод, наместников, как в силу личных заслуг, так и по родству с царствующей династией. Так, правнучка Андрея Шеремета Елена Ивановна была выдана замуж за сына Ивана Грозного Царевича Ивана. Пятеро внуков Андрея Шеремета стали членами Боярской Думы.

Шереметевы принимали участие в многочисленных сражениях XVI столетия: в войнах с Литвой и Крымским ханством, в Ливонской войне, казанских походах. За службу им жаловались вотчины в Московском, Ярославском, Рязанском, Нижегородском уездах.

Значительно выросло влияние Шереметевых на государственные дела в XVII столетии. В это время Шереметевы были одним из 16-ти родов, представители которого возводились в бояре, минуя чин окольничего.

Графская ветвь рода происходит от фельдмаршала Бориса Петровича Шереметева (1662-1719), который в 1706 году за усмирение восстания в Астрахани был возведен в графы.

Брак его сына Петра с наследницей боярина А.М.Черкасского Варварой Алексеевной положил начало колоссальному «шереметевскому состоянию». Первый его обладатель, граф Н.П.Шереметев, остался в русской истории как меценат, построивший и украсивший подмосковные усадьбы Останкино и Кусково, а также основавший Странноприимный дом.

Усадьбы Останкино и Кусково, принадлежавшие Шереметевым, ныне являются музеями и привлекают тысячи туристов, почитателей истории, архитектурной красоты, а также ценителей живописи и предметов дворянского быта.

В Санкт-Петербурге Шереметевым принадлежал Фонтанный дом, получивший свое название по реке Фонтанке, на берегу которой он стоит. До 1917 года дворец и усадьба принадлежали пяти поколениям старшей (графской) ветви рода Шереметевых.

При графе С.Д.Шереметева в Фонтанном доме, где был собран огромный семейный архив, развернулась деятельность нескольких исторических обществ, в том числе Общества любителей древней письменности, Русского генеалогического общества. После переворота 1917 года последний владелец усадьбы граф Сергей Шереметев добровольно пошел на национализацию дворца. Дворец разделил судьбу всех «дворянских гнезд». Он был отдан в ведение разных казенных учреждений, интерьеры уничтожены. Лишь небольшая часть предметов искусства попала в Эрмитаж, Русский музей, часть разрозненной библиотеки в РНБ.

Многие представители этого славного рода были глубоко верующими людьми, и как обладатели несметных богатств, много жертвовали на храмы Божии, монастыри, делали крупные вклады и пожертвования. В одном из документов родового архива, в «Записке о пожертвованиях графов Шереметевых к украшению чудотворных икон Пресвятой Богородицы», относящемся уже к середине XIX века, говорится: «Благочестие рода возвышало его славу, умножало его радости, облегчало печали и удаляло скорбные случаи»1 .

Дмитрий Николаевич Шереметев. Художник А.Г.Горавский

Дмитрий Николаевич Шереметев. Художник А.Г.Горавский

К истории подмосковной Николаевской Берлюковской пустыни причастны двое представителей этого славного рода, супруги Дмитрий Николаевич и Анна Сергеевна Шереметевы.

Граф Дмитрий Николаевич Шереметев родился в Фонтанном доме 3 февраля 1803 года, в день именин своей матери, когда церковь чтит память святых праведных Симеона и Анны. Его отцу исполнился 51 год, а матери – 34 года. Через день младенца крестили в домовой церкви Святой великомученицы Варвары, таинство крещения совершили священнослужители из храма Симеона и Анны, что на Моховой, в приходе которой находился Фонтанный дом. Восприемниками младенца от купели были, как записано в метрической книге церкви, «адмирал и разных орденов кавалер граф Григорий Григорьевич Кушелев и князя Андрея Николаевича Щербатова супруга княгиня Антонина Воиновна». Крестными родителями маленького графа стали владелец соседнего с шереметевским дома, с ним граф Николай Петрович поддерживал тесные отношения еще в 1770-х годах, и жена князя Андрея Николаевича Щербатова, с которым граф Николай Петрович состоял в родстве и считал его своим близким другом.

Спустя три недели графиня Прасковья Ивановна скончалась, благословив сына крестом с мощами святых и поручив его заботам своей давней подруги Татьяны Васильевны Шлыковой. С этим крестом позднее граф Дмитрий Николаевич не расставался никогда. Когда умер отец, графу Дмитрию Николаевичу не было и шести лет. Отца он практически не запомнил.

Анна Саргеевна Шереметева. Худ. В.И.Гау

Анна Саргеевна Шереметева. Худ. В.И.Гау

Но Шереметевы были известны не только как государственные деятели, строители храмов, богатые меценаты, помогавшие бедным и больным, поощрявшие развитие национальных архитектуры, искусства, музыки. Их домашний театр считался лучшим частным театром Империи, владельцы его не жалели ни денег, ни труда на постановку спектаклей и создание декораций. Театр отличался не только профессиональными, образованными и талантливыми актерами и певцами, но и до мелочей просчитанной планировкой зала, роскошными декорациями и прекрасной акустикой. Многие, кто в те времена побывал в Кусково, отмечали, что размах представлений и профессиональность актеров ничуть не уступали самому известному дворцовому театру в Эрмитаже.

Параша Ковалева (1768-1803), дочь крепостного кузнеца, попала вместе с другими детьми в графское поместье, когда ей едва исполнилось восемь лет. Ее сразу же отдали на воспитание одинокой княгине Марфе Михайловне Долгорукой. У княгини девочка получила образование, была обучена вокалу, актерскому мастерству, игре на арфе и клавесине, французскому и итальянскому языкам, литературе, грамоте и некоторым наукам. Для подготовки детей к театральной жизни в усадьбу приезжали известные мастера — актеры, певцы и учителя. Все чаще они отмечали прекрасные способности маленькой Параши, пророчили ей большое будущее. К актерам Шереметевы относились почтительно и с уважением. Их называли по имени и отчеству, граф Николай Петрович Шереметев давал своим актерам новые фамилии по названиям драгоценных камней. Легенда гласит, что Жемчуговой Параша была названа в тот день, когда в пруду усадьбы была найдена маленькая жемчужина. Всем актерам и музыкантам театра выплачивалось жалование, им запрещался любой физический труд, они питались тем же, что и хозяева усадьбы.

Вскоре между крепостной актрисой и графом возгорелась сильная любовь. Говоря о своем браке с матерью мальчика, бывшей своей крепостной, он рассказывал сыну: «…Я питал к ней чувствования самые нежные, самые страстные… долгое время наблюдал я свойства и качества любезного мне предмета и нашел в нем украшенный добродетелью разум, искренность, человеколюбие, постоянство, верность, нашел в нем привязанность ко святой вере и усерднейшее богопочитание. Сии качества пленили меня больше, нежели красота ее, ибо они сильнее всех внешних прелестей и чрезвычайно редки. Они заставили меня попрать светское предубеждение в рассуждении знатности рода и избрать ее своею супругою»2.

Прасковья Ивановна Ковалева-Жемчугова. Худ. Н.И.Аргунов

Прасковья Ивановна Ковалева-Жемчугова. Худ. Н.И.Аргунов

Внезапно у Параши открылся туберкулез, и врачи навсегда запретили ей петь. Искренне ее любя, 15 декабря 1798 года граф Н.П.Шереметев дал вольную своей самой любимой крепостной актрисе вместе со всей ее семьей. Этот смелый шаг вызвал недоумение и пересуды в знатных кругах, но граф не обращал внимания на наговоры. Он решил венчаться с любимой. Утром 6 ноября 1801 года в церкви Святого Симеона Столпника, которая сейчас расположена в Москве на улице Воздвиженка, состоялось скандальное бракосочетание. Таинство совершалось в строжайшем секрете, на него были приглашены только самые близкие и верные.

Прасковья Ивановна Жемчугова-Ковалева скончалась 23 февраля 1803 года и была погребена в Александро-Невской Лавре на территории Лазаревского кладбища в храме Воскрешения праведного Лазаря (Лазаревская усыпальница).

После смерти возлюбленной, матери своего единственного сына Дмитрия, отец посвятил свою жизнь богоугодным делам. Ясное понимание своей жизни как жизни во грехе, стало для графа Николая Петровича внутренней побудительной причиной основания уникального благотворительного учреждения — Странноприимного дома в Москве. Странноприимный дом был заложен в 1792 году. К строительству этого значительного по размеру сооружения причастны несколько архитекторов, в том числе и крепостных. В 1803 году принял на себя обязанности по строительству Странноприимного дома архитектор Джакомо Кваренги – в память о графине Прасковье Ивановне, которую он безмерно уважал.

Для содержания богадельни на 100 человек и больницы для неимущих на 50 человек граф Шереметев определил неприкосновенный капитал в 500 тысяч рублей. Он завещал своим потомкам попечение над Странноприимным домом, что и было ими исполнено.

Хотелось бы отметить, что на нужды Странноприимного дома ежегодно жертвовала средства и Николаевская Берлюковская пустынь.

Государь Император Александр I в 1803 году удостоил графа Н.П.Шереметева ордена Святого Владимира 1-й степени, а Правительствующий Сенат постановил отчеканить особую золотую медаль с портретом графа Шереметева и поднести ему в знак признательности к его подвигу человеколюбия. Художник В.Л.Боровиковский написал парадный портрет графа Николая Петровича, на заднем плане которого изображен Странноприимный дом.

Странноприимный дом открыли в день рождения графа Н.П.Шереметева 28 июня 1810 года, но учредителя к этому времени уже не было в живых.

«Именно в Петербургский период жизни наиболее четко проявилась в графе Николае Петровиче такая черта христианина, как почитание предков, увековечивание памяти о них. В Санкт-Петербурге он создал семейную усыпальницу на Лазаревском кладбище в Александро-Невском монастыре. В год смерти отца к каменной Лазаревской церкви была пристроена палатка над гробом фельдмаршала. В следующем году на пожертвованные им 1600 рублей выстроена каменная трапезная, после чего старая церковь стала алтарем. В 1806 году на средства графа Николая Петровича палатка была соединена с церковью и сделан новый иконостас. В Москве семейной усыпальницей Шереметевых был Новоспасский монастырь, там покоились и родители Николая Петровича. В 1791 году на его средства начали строить Знаменскую церковь, освещенную через два года. В подклете этого храма находятся могилы Шереметевых и их родственников. Ежегодно посылались деньги на поминовение предков во многие монастыри и храмы. Так, в 1801 году только в московские монастыри и церкви, в храмы подмосковных вотчин было отправлено около 4 тысяч рублей.

В Завещательном письме он передавал своему сыну некие выстраданные им самим истины. Во всем богатстве и пышности не находил я ничего утешительного и целебного для изнемогшей души моей и тогда-то наипаче познал тщету их. Обладая великим имением, не ослепляйся богатством и великолепием, но собираемыми с него доходами управляй и распоряжайся так, чтобы одна часть удовлетворяла твоим нуждам, а другая посвящаема была в жертву общей пользе благу других… Хотя все, что ты имеешь, непосредственно тебе принадлежит, но помни, что ты сам принадлежишь Богу, Государю, Отечеству и обществу. Ты должен быть благодарен Богу за дарование тебе жизни, Государю за утверждение и хранение прав твоих, Отечеству за содержание в недрах своих всего твоего достояния, обществу – за все приносимые от него к тебе услуги, выгоды и удовольствия, за хранение и защищение твоей безопасности оружием, законами, верою»3 .

Николай Петрович Шереметев. Худ. В.Л.Боровиковский

Николай Петрович Шереметев. Худ. В.Л.Боровиковский

Граф Николай Петрович Шереметев скончался в Санкт-Петербурге 2 января 1809 года в возрасте 57 лет. Его похоронили в Лазаревской церкви, рядом с любимой женой. По воле покойного похороны были крайне скромными. Его похоронили в простом дубовом гробе без всякой пышности.

Мальчиком граф Дмитрий рос в окружении большого числа людей, но среди них не было близких родственников. «Единственной подлинной родней мальчику (не по крови, а по сути) была Татьяна Васильевна Шлыкова: она, как и обещала его родителям, старалась заменить ему мать и отца. Став взрослым, граф почитал ее как мать и передал это особое отношение к ней своему старшему сыну, который так определил роль Татьяны Васильевны в воспитании отца: верность преданиям дома и строгое православие воплощались в лице Татьяны Васильевны Шлыковой. Незаметно, но и неуклонно поддерживала она в отце это чувство, и ей более всего обязан он, что сделался таким горячим ревнителем церковности и преданий старины»4 .

Дмитрий Николаевич получил домашнее образование. В 1820 году он Высочайше пожалован в камер-пажи. Представляясь по этому случаю Государю Императору Александру I, он, между прочим, высказал, что «имеет усердное желание не только охранять во всей неприкосновенности памятник человеколюбия, родителем его воздвигнутый, Странноприимный Дом в Москве, но и усугубить благотворительность заведения сего на пользу общую».

В 1823 году поступил на службу корнетом в Кавалергардский полк, с которым в декабре 1825 года участвовал в подавлении восстания декабристов. Служба в этом престижном полку, который относился к тяжелой кавалерии, требовала недюжинной силы и большого физического напряжения. Молодой человек не отличался богатырским телосложением и не был хорошим кавалеристом, поэтому впервые годы службы ему пришлось нелегко. С 1827 года — поручик, с 1830 года — штабс-ротмистр, в 1831 году пожалован во флигель-адъютанты.

Участвовал в походе против восставшей Польши и находился с полком при взятии Варшавы. Награжден орденом Святого равноапостольного князя Владимира 4-й степени с бантом, а в 1843 году произведен в ротмистры. В 1838 году перешел на гражданскую службу, став коллежским советником в Министерстве внутренних дел.

Дмитрий Николаевич был попечителем Странноприимного дома в Москве, жертвуя огромные суммы в дополнение к средствам, оговоренным при открытии учреждения. Во времена его деятельности даже прижилась поговорка «жить на шереметевский счет». В середине XIX века на этот счет существовали многие московские храмы, обители, гимназии, приюты.

Неустанно занимаясь делами благотворительности, граф Д.Н.Шереметев заслужил уважение и в обществе, и в Императорской семье. Признанием исключительных заслуг графа явился тот факт, что Государь Император Александр II с Императрицей Марией Александровной, приехав в преддверии коронации в Москву (1856), оказали виднейшему благотворителю России честь, прожив целую неделю у него в селе Останкино.

Владея около 150000 душ крестьян и несколькими сотнями тысяч десятин земли, получаемый доход Д.Н.Шереметев тратил преимущественно на дела милосердия. Когда же, после освобождения крестьян, доходы графа уменьшились, и вследствие этого пришлось сокращать расходы, он первым делом сократил расходы на личную свою жизнь, всячески стараясь делу благотворения отдавать прежние суммы.

Дмитрий Николаевич состоял в различных обществах: член Вольного Экономического Общества, почетный член Императорского Московского Общества естествоиспытателей, почетный член Петербургского Филармонического Общества.

Он был большой знаток и ценитель музыки, в течение полувека содержал в своем петербургском Фонтанном доме хоровую капеллу, заботился о людях искусства, оказывая материальную помощь художникам, певцам, музыкантам. Просторные залы Фонтанного дома часто превращались в мастерскую как знаменитых, так и безызвестных живописцев.

27 августа 1858 года, в ходе торжеств при коронации Государя Императора Александра II, граф Дмитрий Николаевич назначается на должность гофмейстера двора и награждается орденом Святой Анны 1-й степени, в 1871 году получил орден Святого равноапостольного князя Владимира 2-й степени и орден Святого Станислава 1-й степени.

18 апреля 1837 года 34-летний флигель-адъютант граф Д.Н.Шереметев обвенчался с 26-летней фрейлиной Императрицы Анной Сергеевной Шереметевой, своей дальней родственницей. Дед невесты Василий Владимирович Шереметев – четвероюродный брат графа Дмитрия Николаевича. Семья Анны Сергеевны принадлежала к одной из нетитулованных ветвей шереметевского рода. Венчание происходило неподалеку от Фонтанного дома, в придворной церкви Аничкова дворца, где жила Императорская семья.

«Предком Анны Сергеевны был самый младший из братьев фельдмаршала, генерал-аншеф Владимир Петрович Шереметев. Нетитулованные Шереметевы считались такими же древними и знатными, как графы, но были значительно менее богаты, поскольку имения их, в XVIII столетии еще весьма значительные, дробились между многочисленными отпрысками, закладывались и продавались.

У родителей Анны – Сергея Васильевича и Варвары Петровны, урожденной Алмазовой, – было 5 сыновей и 6 дочерей. Они владели по тем временам немалым состоянием – 3 тысячами душ крепостных в Московской, Владимирской, Тверской и Тульской губерниях. Но тем не менее семья находилась в стесненном материальном положении. Большую часть года Шереметевы жили в своих деревнях – селе Волочанове Коломенского уезда или Михайловском в Подольском уезде, а на три зимних месяца перебирались в Москву, где у них был собственный дом в приходе церкви Харитонья, что в Огородниках. В этом доме 8 мая 1811 года и родилась Анна Сергеевна.

В 1826 году московское дворянство избрало ее отца, отставного титулярного советника С.В. Шереметева, главным смотрителем Странноприимного дома графа Шереметева, и на этом посту он оставался вплоть до своей смерти в 1834 году. Незадолго до этого в должность попечителя Странноприимного дома вступил граф Дмитрий Николаевич. Сергей Васильевич исполнял свои хлопотные обязанности добросовестно и удостоился одобрительного отзыва государя императора, когда тот во время пребывания в Москве в 1831 году посетил Странноприимный дом»5 .

Их сын, граф Сергей Дмитриевич, так написал о своей матери: «11 лет от роду с нею было событие, оставившее глубокий след на всю ее жизнь. Она видела во сне изображение Божией Матери Знамение. По памяти написана была икона, на которой сделана объяснительная об этом запись. С этой иконою моя мать никогда не расставалась. Глубокое, религиозное настроение развилось у нее с ранних лет и особенно чтила моя мать с тех пор праздник Знамение»6 .

15 апреля 1838 года в Фонтанном доме родился их первенец, названный Николаем, в честь деда – графа Николая Петровича. Рождение сына было огромной радостью.

Но, к великому горю родителей, 20 октября 1843 года, первенец Николай скончался от скарлатины. На надгробном камне сына мать приказала вырезать слова: «Господь даде, Господь отъять». Глубокая вера и сила духа позволила родителям перенести это горе. Анна Сергеевна, по рассказам своего сына Сергея, была в близких отношениях со святителем Филаретом (Дроздовым), митрополитом Московским и Коломенским, состояла в переписке со святителем Филаретом (Амфитеатровым), митрополитом Киевским и Галицким, а также с выдающимся подвижником благочестия иеросхимонахом Парфением (Краснопевцевым), подвизавшимся в Киево-Печерской Лавре.

Своими дивными духовными письмами и словами утешения и наставления, эти подвижники поддерживали Анну Сергеевну в ее горе, наставляли ее и буквально вели по жизни. Она любила часто бывать в Гефсиманском скиту, где предавалась уединенным молитвам, совершала паломничества в Троице-Сергиеву Лавру, Киево-Печерскую и Почаевскую Лавру7 .

14 ноября 1844 года в Фонтанном доме у супругов родился второй сын, названный Сергеем в честь Сергея Васильевича Шереметева, отца графини Анны Сергеевны. В графской семье это была ненарушаемая традиция – давать детям имена в память предков.
Счастье супругов продолжалось не долго.

В 1849 году графиня Анна Сергеевна неожиданно скончалась. Она умерла в усадьбе Кусково, которую любила более всего. В одном из писем к Татьяне Васильевне Шлыковой графиня Анна Сергеевна писала: «…Кусково прекрасно, и мне почти до слез жалко с ним расставаться».
В Кусково она и скончалась, угасла буквально в течение нескольких дней. В метрической книге Спасской церкви села Кусково Московского уезда за 1849 год в статье об умерших записано: «11 июня скончалась простудою Ея Сиятельство графиня Анна Сергеевна Шереметева, 38 лет. Отпета священником Федором Алексеевичем и погребена 15 числа в Новоспасском монастыре». Копия этой записи была выдана 21 декабря 1872 года и находилась среди документов домашнего архива в Фонтанном доме (который сейчас хранится в РГИА). Графиня А.С.Шереметева прожила на свете 38 лет – столько же лет, сколько и никогда ею не виданная ее свекровь графиня Прасковья Ивановна.

Анна Сергеевна была погребена в Московском Новоспасском ставропигиальном мужском монастыре в Знаменской церкви8 .

10 ноября 1857 года граф Дмитрий Николаевич вступил во второй брак. В домовой церкви Фонтанного дома он обвенчался с Александрой Григорьевной Мельниковой. Невеста была моложе жениха на 22 года, но к моменту брака по понятиям того времени – уже старая дева. Она родилась в 1825 году в Смоленской губернии в семье отставного капитан-лейтенанта флота Григория Михайловича Мельникова.

27 февраля 1859 года у Дмитрия Николаевича и Александры Григорьевны родился сын, названный Александром. Граф Дмитрий Николаевич, для которого рождение сына стало огромной радостью и утешением, просил Государя Императора Александра II стать восприемником новорожденного. Государь милостиво согласился, замещал его при самом таинстве крещения в домовой церкви князь Василий Андреевич Долгоруков, шеф жандармов. Крестной матерью младенца стала Татьяна Борисовна Потемкина.

В Российском Государственном историческом архиве сохранилось более ста писем к нему от духовных лиц. Дмитрий Николаевич активно и много помогал основанному фельдмаршалом Б.П.Шереметевым женскому Тихвинскому монастырю в слободе Борисовка, Тихвинскому Успенскому Большому мужскому монастырю, особо почитаемому его предками, и Спасо-Яковлевскому монастырю в Ростове Великом. В 1819 году он внес 5 тысяч рублей на строительство новой церкви во имя Святого Духа в Александро-Невской Лавре (для сравнения – от митрополита поступило 3 тысячи). В 1822 году финансировал работы по обновлению Лазаревской церкви, где находилась шереметевская родовая усыпальница, а в 1835 году на его средства еще раз обновили и украсили этот храм, и тогда же заново его освятили. Он много жертвовал драгоценные культовые предметы в ризницу Александро-Невской Лавры.

Как писал его сын Сергей, «лучшим удовольствием его было помогать втайне, и не любил он, когда кто-то подмечал. Отец необыкновенно был чуток ко всякому проявлению сочувствия и расположения. Простота и всего более ласковый привет всегда быстро привлекали его. Сухость и холодность его сжимали, самонадеянность коробила, а заносчивость он не выносил. Но когда видел сочувствие и участие, он готов был привязаться горячо и искренне и в этом чувствовал потребность и успокоение»9 .

12 сентября 1871 года Дмитрий Николаевич Шереметев скоропостижно скончался в своем имении Кусково в своем кабинете. Гроб с телом перевезли по железной дороге в Санкт-Петербург и доставили в Лавру. Он был погребен рядом с отцом и матерью в Лазаревской церкви Александро-Невской Лавры10 .

Дмитрий Николаевич и Анна Сергеевна оказались причастны к строительству и украшению храма Христа Спасителя в подмосковной Николаевской Берлюковской пустыни.

В 1829 году в монастыре была чудесным образом обретена чудотворная икона «Лобзание Иисуса Христа Иудою». В 1834 году московский купец, почетный гражданин и известный странноприимец Афанасий Емельянович Щекин преподнес игумену Венедикту (Протопопову) идею выстроить новый каменный собор во имя Христа Спасителя специально для чудотворной иконы.

На «Воззвание к Православным Христианам, любящим благолепие храмов Господних, Николаевской Берлюковской пустыни Строителя иеромонаха Венедикта с братиею» откликнулись многие известные и богатые люди, благотворители, сановники, купцы и простые крестьяне.

Жертвовали на помин душ усопших своих родственников, посылали деньги и просили молитв о здравии. В обитель приносили деньги купцы, их жены, дочери, мастеровые, мещане, священнослужители. В специальной книге фиксировались все поступления, от огромных пожертвований до совсем небольших приношений.

Откликнулась и Анна Сергеевна Шереметева, внесшая на строительство собора большую сумму денег. Первое пожертвование было сделано ей в августе 1842 года и составило 5000 ассигнациями11 .

7 октября 1843 года Анна Сергеевна передала еще 2500 рублей12 . Именно в этот год скончался ее горячо любимый сын Николай. Этот ее вклад описывает и Леонид Иванович Денисов на старицах своей книги, отмечая его как значительный и щедрый. Несмотря на то, что Л.И.Денисов был хорошо знаком с монастырскими архивами, неоднократно бывал в обители и знал многих ее настоятелей, он отмечает вклад графини лишь как 7500 рублей13 .

Но впоследствии, Анна Сергеевна внесла еще 2500 рублей (что подтверждается письменным рапортом настоятеля монастыря игумена Венедикта). Но и этим не ограничилась ее жертва.

В августе 1844 года в обители было получено еще одно пожертвование от графини А.С.Шереметевой в размере 2500 рублей14 .

В донесении игумена Венедикта на имя митрополита Московского и Коломенского Высокопреосвященного Филарета (Дроздова) от декабря (без числа) 1846 года сказано: «Графиня Анна Сергеевна Шереметева, сверх пожертвованных ею в прошлых годах десяти тысяч рублей ассигнациями на отделку новоустроенного в Берлюковой пустыни Собора во имя Христа Спасителя, ныне на оный же храм еще вновь пожертвовала пять тысяч рублей и пятьдесят копеек ассигнациями (1429 рублей серебром), которые деньги мною получены и в приходную по постройке собора книгу записаны, о каковом Ея Сиятельства к Берлюковой пустыне усердии Вашему Высокопреосвященству сим всенижайшее доношу»15 .

Эту жертву в 5000 рублей автору удалось проследить буквально с точность до копейки. Первая часть средств поступила в обитель в июле 1846 года и составила 2100 рублей, а вторая часть пожертвования в ноябре того же года в 2901 рубль 50 копеек16 .

Итого общая сумма, пожертвованная Анной Сергеевной Шереметевой на новый монастырский собор, составила 15001 рубль и 50 копеек ассигнациями.

Ее супруг, граф Дмитрий Николаевич, принес в дар обители красивую и дорогую лампаду, которая украсила новоустроенный собор во имя Христа Спасителя. В документе «Опись разных вещей монастыря за 1820-1894 гг.» есть прекрасное описание этой лампады.

Дар графа Дмитрия Николаевича находился в храме Христа Спасителя: «Перед храмовым же образом Спасителя шаровидная серебряная вызолоченная лампада о трех ветвях с местами для стаканов; на верху шара Ангел с крестом, а внизу – кисть виноградная; ободочек и три звездочки на шаре убраны стразами и камнями. Три цепочки серебряные, а верхняя чашка серебряная и вызолоченная. Пожертвована Графом Димитрием Николаевичем Шереметевым»17 .

Начиная с 1917 года, началось постепенное притеснение прав верующих, как на территории всего Богородского уезда, так и на территории обители в частности. С начала 1920-х годов на территории монастыря были размещены инвалиды гражданской войны, которые с течением времени и при полной поддержке власти стали захватывать все новые и новые здания.

8 февраля 1930 года в соборе Христа Спасителя состоялась последняя Божественная литургия.

В конце февраля 1930 года монастырь был полностью ликвидирован, монашествующая братия частью арестована, а другая часть выселена в трехдневный срок. Все церкви монастыря закрыты. Дом инвалидов общего профиля был реорганизован в Дом инвалидов войны и труда для туберкулезных больных (система МосГорСо).

Кроме лечебных отделений были открыты рентгенологический, физиотерапевтический и пневмотораксный кабинеты, организованы лечебно-трудовые мастерские и большое подсобное хозяйство, а в годы Великой Отечественной войны при Доме инвалидов вновь были открыты отделения для ветеранов войны на 100 коек. Здесь лечились политэмигранты из Испании, Болгарии и других стран.

В 1961 году Дом инвалидов был реорганизован в туберкулезную больницу № 12 Мосгорздравотдела, а 12 июня 1972 года была открыта Московская городская психиатрическая больница для больных туберкулезом легких.

Долгие годы в соборе во имя Христа Спасителя располагался склад психиатрической лечебницы. Собор был лишен глав и крестов, и полностью утратил все внутреннее убранство, безвозвратно погибли фрески. Не известна судьба дара графа Дмитрия Николаевича.

Храм Христа Спасителя стал первым, из всех монастырских церквей, где возобновились Богослужения. В 2004 году началась реставрация собора и возобновилась молитвенная жизнь.

В 2015 году была полностью восстановлена историческая справедливость. Весь монастырский комплекс, включая надвратный храм, передан Русской Православной Церкви. В ближайшее время намечено проведение масштабных восстановительных и реставрационных работ.

Труды Дмитрия Николаевича и Анны Сергеевны Шереметевых не забыты, их память свято сохраняется в монастыре.

Александр Николаевич Панин

  1. Краско А.В. Три века городской усадьбы графов Шереметевых. Люди и события. Ссылка с сайта http://lib.rin.ru/book/ []
  2. Там же. []
  3. Там же. []
  4. Там же. []
  5. Там же. []
  6. Шереметев Сергей, граф. Графиня Анна Сергеевна Шереметева. Спб., 1889. С. 2. []
  7. Там же. С. 10-11. []
  8. Николай Михайлович, Великий Князь. Московский некрополь. Т. III. Спб., 1908. С. 343. []
  9. Шереметевы в судьбе России. Воспоминания. Дневники. Письма. М., 2001. С. 155. []
  10. Николай Михайлович, Великий Князь. Петербургский некрополь. Т. IV. Спб., 1913. С. 533. []
  11. ЦИАМ. Фонд 709, опись 1, дело 135. Л. 24об. []
  12. Там же. Л. 26об. []
  13. Денисов Л.И. Историческое описание Николаевской Берлюковской пустыни. М., 1898. С. 47. []
  14. ЦИАМ. Фонд 709, опись 1, дело 135. Л. 31. []
  15. ЦИАМ. Фонд 203, опись 630, дело 3. Л. 86-86об. []
  16. ЦИАМ. Фонд 709, опись 1, дело 135. Л. 35-35об. []
  17. ЦИАМ, Фонд 709, опись 1, дело 319. Л. 37об. []


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *